Во время экспедиции 2013 года на Северный Урал я несколько дней поработал во время сбора документального материала в городе Ивделе^[1]. Мне удалось встретиться с Владимиром Ивановичем Пашиным и его сестрой Зоей Ивановной. Из семи детей Ивана Фокеевича Пашина на сегодня в живых остались только они.

Владимир Иванович родился в посёлке Второй Северный в 1951 году. В этом посёлке преимущественно проживали ссыльные этнические немцы из Поволжья. Дядя Владимира Пашина — Андрей Филиппович Мане — также проживал в посёлке. Второй Северный был достаточно крупным поселковым пунктом. Там находился небольшой аэродром (площадка) для малой авиации: вертолётов и самолётов По-2 (т.н. «кукурузники»)^[2].

Иван Фокеевич Пашин трудился там лесником, а в целом в этом населённом пункте жили те, кто работал по добыче золота. Позже Пашины переехали в Вижай. Владимир Иванович подтвердил, что, несмотря на большую разницу в возрасте, его отец был дружен с Алексеем Чеглаковым. Объединяла их охота. Трудно представить в тех таежных местах людей, далёких от охотничьего промысла, впрочем, как и в наши дни.

Владимир Иванович также связал свою жизнь с Северным Уралом. Был начальником Ушминской ИТК, до этого проработал 15 лет техноруком (главным инженером) производства. В отставку вышел совсем недавно в звании подполковника внутренних войск. У него четверо детей, семь внуков и один правнук.

В 1972 году Иван Фокеевич Пашин (1908 г.р.) при сопровождении Павла Домбровского перешёл хребет и ушёл в свою родную деревню Курья Троицко-Печёрского района, где и скончался^[3]. Его супруга Виктория (по паспорту Анатолия) Осиповна (1912 г.р.) ушла из жизни в 1997 году в посёлке Вижай.

Пашин-старший прекрасно знал все таёжные и горные места. Причём, самые укромные уголки. Его осторожное поведение было продиктовано прежде всего жизненным опытом. Он провёл рядом с ссыльными и заключёнными не один десяток лет и прекрасно понимал сложившуюся систему.

В целом вырисовывается замечательный портрет жителя тайги. В сознании современников Иван Фокеевич остался в памяти именно таким человеком, в чём нет совершенно никаких сомнений. Но нас сейчас интересует Пашин-лесник, следопыт. Тот вариант, что он действительно знал о местоположении палатки дятловцев, является вполне реальным и допустимым. Иван Пашин сознательно не пошёл туда, но направление так или иначе указал верно. Вот на этом пункте надо остановиться более подробно.

Если принять 6 февраля как реальную дату возбуждения уголовного дела, это свидетельствует об информированности властей о происшедшей трагедии. Если даже брать только факт гибели группы, не останавливаясь на ее причине. Из этого допущения следует, что Пашин либо был ранее на месте, где стояла палатка, либо видел её. Но координаты места для Ивана Фокеевича секретом во всяком случае не были. А вот следующие слова воспоминаний коренного вижайца Владимира Андросова о старом леснике заставляют напрячь внимание:

«Да, действительно, Иван Пашин где-то в 1963-1964 годах рассказал мне об этом. Он эти места знал очень хорошо, поэтому его и привлекли к поискам.

Про палатку он говорил, что нашли ее по флажку, заметенную снегом. Подробности я тебе не могу сказать, мне было 12-13 лет, но это я хорошо запомнил.

Он первый нашел в лесу парня с девушкой, здесь, под этим кедром нашел два тела, мужчины и женщины.

Как он говорил, они сидели на корточках. У одного спички в руках, у другого сухие веточки. Они так и замерзли, борясь за свою жизнь. Замерзли, глядя в глаза друг другу...»^[4].

Я пока не буду предаваться собственным рассуждениям по поводу сказанных выше слов, поскольку они перечёркивают основные и хорошо известные подробности трагедии, включая материалы уголовного дела. Просто приведённая выдержка подчёркивает, что Пашин видел не только палатку, но и непосредственно погибших ребят.

Правда, примем слова только как информацию к последующему размышлению, потому как очень сильно не вяжутся с другими материалами слова лесника о положении трупов. Лично я не торопился бы видеть в словах Пашина сенсацию.

Начало широкомасштабных поисков в двадцатых числах и обнаружение изрезанной палатки двадцать шестого февраля — звенья одной цепи. Самая начальная деталь в данной поисковой конструкции — первое обнаружение палатки и трупов, за этим следуют официальные поиски и первые находки.

Пашин принимал участие в «официальном» открытии места расположения палатки (МП). Из этого предположения вытекают два вопроса: он обнаружил впервые МП в ходе поисковых работ, о которых я только предполагал на страницах своей первой книги или случайно наткнулся на это место во время своих охотничьих походов?

Я не исключаю, что первым, кто обнаружил МП или трупы туристов, был охотник-манси. Ведь дятловцы шли именно по следу охотника на широких мансийских лыжах. Справедливости ради стоит отметить, что и И.Ф. Пашин, и А.С. Чеглаков также ходили на удобных мансийских лыжах.

Вот какие воспоминания о Пашине оставил Вадим Дмитриевич Брусницын из поисковой группы Б. Слобцова:

«В Ивделе встретили. Мы считали, что нас тут же пересадят на вертолёты и пошлют там дальше, но, тем не менее, то ли непогода, то ли организационные трудности, но смогли вылететь только на следующий день, причём летели 2-мя партиями... разделили нас... с вертолетами были там ...4 или сколько... грузоподъемность там небольшая, в общем были трудности, были и при посадке трудности, я сейчас уже не помню... Первое задание, которое нам было дано: «Мы вас высадим на Отортене. Вы, пожалуйста, его обследуйте, обследуйте его склоны и попробуйте найти следы. Мы вам даем местных следопытов-охотников-проводников — два человека, одного, я помню, звали Иван...

Вот представьте себе человека, который знает тайгу, знает, где там, что там и как, знает тайгу, знает там приметы, и тут его высадили вертолетом, да на какую-то вершину, где он никогда не ходил, никогда не старался там узнать... Потому что он их (этих мест) боялся, он их не знал. Полная растерянность, он больше ничего не знает, — где он находится? Куда идти? Что делать? —  Ну, пришлось все бразды правления брать в свои руки...»^[5].

Имеет смысл внимательнее присмотреться к вижайскому сообществу. Уральский таёжный посёлок, где все друг друга знают. С очень специфичным населением: батальон внутренних войск, гражданское население, бывшие осуждённые. И нити поисков так или иначе приводят именно в Вижай.

Юрий Ефимович Юдин вспоминал, что Чеглаков очень активно и уверенно чувствовал себя во время поисковых работ. Практически руководил ими.

«Он вёл себя, как будто был самый главный, — рассказывал Юрий Ефимович. —  Запрещал фотографировать, руководил всеми. У самого него на груди был фотоаппарат. Он там был главный, ещё главнее, чем полковник Ортюков. Там поисковикам не везде разрешали ходить...»^[6].

Кто же был такой Алексей Семёнович Чеглаков? Безусловно, для вижайцев — человек, пользующийся уважением и понимающий законы тайги. Но почему начальник пожарной части принимал не просто деятельное участие в поисковых работах, а ещё и выполнял командирские функции, пусть и временные? Кто его мог уполномочить или подвигнуть, к примеру, Пашина «найти» пресловутую палатку?

Снова обращаемся к любопытным свидетельствам вижайца Владимира Андросова:

«У нас было ОИТК, отделение, куда входило несколько исправительно-трудовых колоний. А отделения входили в структуру Управления. На Вижае было 8-е отделение, Учреждение Н-248/8. Начальником 8-го отделения был Хакимов, я с его дочерью Валентиной учился в школе. Чеглаков был начальником пожарной части и выполнял все указания Хакимова...»^[7].

Все указания Хакимова. Очень занимательно. Профильная соподчиненность начальника пожарной части вроде бы не сильно соприкасается с деятельностью специализированного учреждения под руководством Хакимова. Но это только на первый взгляд.

Алексей Чеглаков был начальником ОВПК Вижайского лаготделения. И работал в этой системе.

Вижай — посёлок небольшой, но по таёжным меркам далеко не маленький. Начиная с 30-х годов двадцатого столетия был населён в основном работниками Ивдель-лага. А во времена похода дятловцев там были клуб, гостиница, столовая, магазин, почта, школа и детский сад. Юрий Ефимович Юдин называл его очень оживлённым и населённым по тем временам пунктом. На месте полностью выгоревшего (к счастью, без человеческих жертв) летом 2010 года во время таёжных пожаров посёлка я во время экспедиции-2012 на перевал Дятлова фотографировал несколько старых металлических сейфов, молчаливых свидетелей таёжной истории. Что меня поразило во время посещения исчезнувшего посёлка, так это ухоженное местное кладбище, где люди бережно красили оградки. Приезжают к могилам ушедших, хранят память.

Я несколько забежал вперёд в своём повествовании, что, надеюсь, простительно. Вернувшись же в далёкий 1959 год, постараюсь отметить одну особенность, которая привлекла моё внимание. Мир таёжного посёлка Вижай был подчинён внутренним требованиям и правилам. При рассмотрении сразу вырисовывается связка местных уполномоченных: Хакимов — Чеглаков — Пашин. Не мог же капитан А. Чеглаков без разрешения на то вышеупомянутого Хакимова приступить к поисковым работам, тем более он держался на них очень уверенно, как показывают свидетели. Явно получив на то разрешение, вернее, распоряжение своего начальства. Подобная связка чётко прослеживается и вполне естественна. Я никоим образом не хочу нарисовать в воображении читателя некий вижайский таёжный «орден», живущий по своим особенным правилам. Но интересы местного служивого люда, безусловно, просматриваются. Главный вопрос же заключается в том, кто отдавал первые и основные приказы?

Итак, что же мне удалось выяснить о Хакимове. Закий Гасимович Хакимов (род. 16.04.1923). Уроженец дер. Аминово Кунашакского района Челябинской области. В 1957-1962 гг. был начальником 8-го лаготделения Управления п/я Н-240. 29 февраля 1968 года был уволен в звании майора внутренних войск в связи с уходом на пенсию^[8]. В том же 1968 году уехал жить за пределы Ивдельского района. По непроверенным данным вернулся в родную Челябинскую область.

Кто именно мог контролировать первые поисковые действия до начала официальной полномасштабной операции? Ведь такие вышестоящие товарищи существовали. И капитан Леонид Чудинов прекрасно подходит для деятельности на начальном этапе расследования.

«Скажем, военнослужащий Попов сообщит о сильных ветрах, которые были в первых числах февраля в поселке Вижай. Ветер вздымал массы снега, заносил дороги.

Лесник И. Пашин добавит к этому выразительную деталь: порывы были настолько сильными, что сбивали с ног детей. Он хорошо знал эти места и помнил, что от ураганов гибли в горах люди... И даже сам однажды просидел в лощине 6 дней, пережидая дурную погоду.

Участник поисков А.С. Чеглаков нарисовал такую картину трагедии: ураганом срывало палатку и ребята старались ее закрепить. Тут-то их подхватило ветром, унесло вниз, в лощину, где они потеряли ориентировку и замерзли. “Я считаю, что они могли погибнуть только от стихии”, — заключает Алексей Семенович.

Выяснилось, что зимой и летом на Северном Урале бывают смерчи. Во время таких ураганов в горах слышны звуки, подобные вою зверей ши людским стонам. ‘‘Когда услышишь все это, становится жутко и страшно, — сообщает один из свидетелей. — И люди, ранее не слышавшие этих звуков, могут испугаться”

Всё это похоже на правду, но всерьез рассуждать о ветре, как причине трагедии?»^[9].

И вой ветра, и только суровая стихия. Любопытно, но те же Чеглаков и Пашин со временем, когда можно будет более свободно говорить, изменят своё мнение. Но это позднее.

Остановимся на этом пункте, так как момент допросов представителей вижайского «ордена» наиболее интересен по своему трафаретному содержанию.

6 марта юрист 1-го класса тов. Кузьминых провёл допрос свидетеля — военнослужащего Чеглакова Алексея Семёновича (л. д. 44, 45). Читаем следующие строки:

«Я со своей стороны считаю, что они могли погибнуть только от стихии. Заинтересованных в гибели туристов со стороны манси не должно быть. Группа туристов могла замёрзнуть потому, что, когда начался ураган, у них стало срывать палатку и далее порвало её. Они хотели её закрепить или даже закрепляли. Подхватило ветром и утащило в лощину, где они потеряли ориентировку и обратно в палатку вернуться не смогли и погибли от мороза...».

7 марта опять же А.Ф. Кузьминых производит допрос свидетеля — лесничего Ремпеля Ивана Дмитриевича (л. д. 46, 47):

«Моё личное мнение по поводу гибели туристов является в том, что они могли погибнуть только от стихийного бедствия, из-за климатических условий...».

В тот же день 7 марта Кузьминых производит допрос уроженца деревни Шайтановка (Пермская обл.), как указано в протоколе, — неграмотного Пашина Ивана (л. д. 49, 50):

«Считаю, что туристы погибли от того, что в это время, когда находились там, был сильный ветер и их снесло с горы. Около того времени, когда погибли туристы, даже в пос. Вижай были сильный ветер и метель, от которой дети падали.

Я как охотник с малых лет эти места знаю хорошо и помню, что были случаи, там от сильных ветров погибали люди. Мне самому приходилось бывать там и во время ветра до 6 дней без пищи сидели в лощинах, ожидали, когда окончится ветер...».

Выдержки из протокола допроса вижайского охотника Чагина Егора Ивановича (также 7 марта, л. д. 51, 52):

«Туристы погибли, мне кажется, потому что там был сильный ураган, а они видимо в это время спали и, услышав его, испугались и повыскакивали из палатки, а ураганом сбило и унесло вниз в лощину...».

Вот такие вот дружные и прекрасные показания, которые дали свидетели практически в единый промежуток времени (один-два дня). В них фигурируют ураган и суровые природные условия. Помимо этого, все свидетели указывают на невозможность совершения преступления местными манси. Аборигены Северного Урала отлично относятся к русским, сотрудничают, помогают и, были случаи, даже спасают их в трудной ситуации.

И в этом пункте у автора нет возражений. Начальные подозрения в адрес манси не имели подтверждений, несмотря на усилия со стороны следствия. Уж очень хотели нажать на эту таёжную «педаль», но получился обратный процесс. И вижайский «орден», и жители Ивделя, словом, все встали за манси горой. Момент был отработан и не имел никаких дальнейших перспектив. Поэтому я и упомянул, что показания трафаретны, словно под копирку. Защита манси и убийственный ураган, который сносит туристов в западни-лощины и они, потеряв ориентацию в пространстве, элементарно погибают от холода. Все заявляют об этом как один. У меня в связи с этими показаниями нет никаких вопросов, ибо вижайский «орден» всегда выполнял свою задачу и преследовал свои цели. И это естественный процесс.

Уже известный нам капитан Л.М. Чудинов 7 марта допрашивает в пос. 100-й квартал Краснобаева Владимира Алексеевича (1920 г.р.), мастера подготовительных работ 8-го лаготделения (л. д. 54, 55):

«Примерно 26-го февраля 1959 года я по указанию начальника 8-го лаготделения т. Хакимова выехал в посёлок Бахтиярова, где проживают пять семей манси. Этот посёлок расположен от 100 квартала на расстоянии 36 км. Цель моего приезда заключалась в том, чтобы через манси выяснить, нет ли между горным хребтом Урала и их поселком следов от узких лыж, проходящих мимо туристов...».

Снова встречаем упоминание о товарище З.Г. Хакимове, который в Вижае и его окрестностях влиятельный чин. Он командирует и отправляет на поиски Чеглакова и Пашина, направляет с заданием Краснобаева. Товарищи Чеглаков, Ремпель, Чагин, Пашин, Краснобаев — все они уверены в урагане. Они что есть сил помогают следствию. Иван Пашин и Алексей Чеглаков вылетают на вертолёте. Лесник Пашин направляет Бориса Слобцова и Михаила Шаравина к местоположению палатки. Алексей Чеглаков руководит и даёт указания на начальном этапе поисковых работ. И все утверждают: ураган! Сильнейший ветер сносит с ног, а затем распыляет замерзающих туристов по склону. Не даёт опомниться, спастись...

Не иначе как стихийная сила, преодолеть которую туристы были не в состоянии. Чем не установка для будущего юридического реквиема, который найдёт своё отображение на последних страницах уголовного дела, в постановлении о его прекращении? Следствию об этом упорно повторяют множество людей. Вбивают строки в протоколы допроса и накручивают логическую нить. Ураган! Пока в горах, а не в головах. И не важно, что основной вход палатки застёгнут на пуговицы, а ребята резали единственное убежище, спасавшее их от мороза, и спешно покидали его, чтобы вскоре погибнуть от холода. Это для свидетелей не столь интересно, да и не факт, что они знали столь тонкие особенности.

Какой дружный и эффективный коллектив подобрался у товарища Хакимова! Все его подчинённые. Все выстраиваются на одной линии и стартуют в указанном направлении. Несут с собой две основные мысли: невиновность манси и смерть туристов от ураганного ветра.

В данном повествовании мне хотелось бы ненадолго остановиться на одном пункте, и он касается бегства заключенных. Когда я работал над материалами книги в Ивделе, то из свидетельств местных жителей и лиц, работающих в учреждениях, я вынес следующую мысль. При удачной попытке бегства заключённые не стремились уйти в тайгу или горы. Наоборот, они старались бежать из тайги в город, к Ивделю, потому как там железнодорожная развязка и по путям можно было попытаться выбраться из таёжного плена. Побеги в основном происходили в летнее время года, потому как можно было в лесу прокормиться. Зимой же без лыж, по колено и по пояс в снегу уйти далеко было невозможно. По следам шла погоня и не надо забывать, что охотники-манси также вознаграждались за поимку беглецов.

Засвидетельствованы случаи, когда беглых заключённых помогали задерживать и жители Ивделя после того, как обнаруживали их в своих домах и хозяйственных постройках. Дело это было опасное, потому как беглые преступники часто убивали гражданских лиц...

Продолжаем далее изучать интересующие нас события. Меня также крайне заинтересовал допрос В. Краснобаева. И не только фигурой капитана Л. Чудинова, а самим посылом. Владимир Алексеевич по заданию Хакимова опрашивал манси, а именно представителей Рода Бахтияровых.

«Бахтияров Павел Иванович говорил, что он охотился один в тот период, когда пронеслась пурга, а остальные мужчины манси находились дома. Я предложил Бахтиярову Павлу Ивановичу принять участие в поисках погибших туристов, но он от этого отказался, мотивируя тем, что заболел и к тому же, где они охотятся, там не было прохода туристов и поэтому не следует ходить зря...»^[10].

Как говорил И.Е. Уваров: если бы манси были причастны к этому, никто не вышел бы на поиски? Правильно. Почему же тогда Павел Иванович Бахтияров отказался от участия в поисковых работах? Причём отказников среди аборигенов в этой миссии больше не было. И манси договорились с руководством поисковых работ об оплате за содействие: 500 рублей в сутки на четверых человек. И телефонограмма по поводу этого в материалах уголовного дела присутствует.

26 февраля из пос. 100-й к родовому месту. Бахтияровых прибывает Краснобаев. Знал ли тогда он о факте обнаружения палатки? Скорее всего, нет. Поэтому и предлагает Павлу принять участие в поисках. Почему же тот оказывается? Болезнь, нежелание помочь? Возможно. Как возможно и то, что Павел Бахтияров точно знал, что никаких туристов там не проходило. Или знал реальный квадрат, где погибли туристы? Хотя В. Краснобаев утверждает со слов манси, что об исчезновении группы тот узнал от него.

Но кто был тот манси, по свежему следу которого шла группа Дятлова вдоль реки Ауспи-Я, что и было отображено в дневниковых записях? Были же у него какие-то имя и фамилия...

По поводу Бахтияровых ещё один вопрос и упоминание появляются в одном из документов, включённых в наблюдательное производство, в так называемый «второй том» (начато — 28 февраля, окончено — 28 мая). Бумага под грифом «Секретно» в адрес начальника Ивдельского ГОМ УВД майора милиции Бизяева. Не лишним, мне кажется, стоит процитировать ряд моментов:

«В дополнение к имеющимся заданиям по делу о гибели туристов группы Дятлова прошу произвести следующее:

Председатель Бурмантовского поселкового совета Мокрушин распространяет слух о том, что якобы манси Бахтияров Павел Григорьевич видел, как туристы падали с горы и рассказывал об этом другим манси ещё 17/2-59 г.».

В том же документе были следующие строки в разных пунктах. Следует обратить внимание на фамилию Анямова.

«...г.) Установить, кто из мужчин манси охотился в долине реки Ауспи-Я и в районе четвёртого притока р. Лозьвы в период гибели туристов.

д.) Установить, по лыжне какого охотника шли туристы. Есть предположение, что это Анямов...»^[11].

Данный запрос произвёл заместитель прокурора Свердловской области по специальным делам, старший советник юстиции Ю.Н. Ахмин. 12 марта экземпляр оказался в деле Иванова, на следующий день его получили в Ивделе.

Вот такие вот вопросы, связанные с таёжными товарищами Бахтияровыми. Один не идёт на поиски, другой видит, как туристы с горы падают. И того, и другого зовут Павел Бахтияров. Правда, не знаю, как со склона Холат-Сяхыл можно упасть. Если только немного скатиться, и то с трудом. На склоне упасть можно реально — это факт, тем более, при таком количестве каменных гряд, курумника.

Манси не лгут, они это не умеют делать. В их сознании нет Такого «выверта» мысли. Если предположить, что Бахтияров был свидетелем ЧП с группой туристов, го, значит, он находился на месте всё это время и видел полную картину. И какой смысл товарищу Макрушину распространять некие слухи? Почему речь шла именно об Анямове? Существуют свидетельства старожилов, что прямо недалек» от перевала жили Анямовы. Это их родовые земли и охотничьи угодья. В подтверждение данных слов не так давно в этой местности был обнаружен загон для скота.

Майор Бизяев должен был полноценно и вразумительно ответить на вопросы, поставленные замом прокурора области Ахминым. А пока же я оставляю себе на полях блокнота пометку: Бизяев!

Константин Фёдорович Бизяев родился 5 июля 1922 года в г. Верхотурье Свердловской области. Фронтовик. В 1947 году по направлению вместе со своей семьёй переезжает в г. Ивдель. После милиции, как и Л.М. Чудинов, работал в системе Учреждений.

Близкие хорошо помнят фразу Константина Фёдоровича, сказанную им в 1959 году, что «пришёл приказ из Москвы прекратить расследование в отношении гибели группы туристов» ...

К.Ф. Бизяев вышел в отставку в звании майора. Награждён орденом «Отечественной войны», медалями «За победу над Германией», «За боевые заслуги», «За безупречную службу» (первой и второй степени: 20 и 15 лет службы), «Ветеран труда», «50-летие Вооружённых сил».

После отставки переехал в город Тольятти, где и скончался в январе 1990 года^[12].

Не майор ли Бизяев ранее направлял капитана Чудинова в Вижай? Вообще-то именно Константин Бизяев был непосредственным начальником Леонида Чудинова по линии МВД. Больше некому. Городок Ивдель и посёлок Полуночное — ближайшие соседи, а сегодня это одно муниципальное образование.

И ведь в рассматриваемом нами документе говорится о дополнениях к имеющимся уже заданиям, то есть по прямой служебной линии вышеназванные товарищи уже работали в поте лица своего. Выясняю, что Константин Фёдорович Бизяев был начальником ГОМ г. Ивделя с 1956 по 1963 год^[13].

^[1]Маршрут автоэкспедиции, проходившей с 25 августа по 5 сентября 2013 г.: Тюмень — Североуральск — Ивдель — Полуночное — Вижай — Ушма — оз. Ушминское (Елес-Тур) — бывший пос. 41-й квартал — База Ильича — перевал Дятлова — высота 1073 — Отортен — урочище Поритайтсори — перевал Дятлова — База Ильича — р. Северная Тошемка — р. Яхтель-Я — бывшие 100-й пос. и пос. Тохта — Молебный Камень — Вижай — Ивдель — Тюмень. Начиная с посёлка манси Ушма, экспедиция передвигалась на вездеходе «Странник». Фотоотчёты в нескольких частях и заметки Олега Архипова «Ивдельский рай» о прошедшей экспедиции опубликованы: http://arkhipovoleg.livejournal.com/45484.html

^[2]Из интервью В.И. Пашина автору книги. Ивдель, 26 августа 2013 г.

^[3]Из интервью З.И. Дунаевой (Пашиной) автору книги. Ивдель, 5 сентября 2013 г. 

^[4]М. Пискарёва. Беседа с Владимиром Андросовым. Ноябрь 2011 г. — май 2012 г.

^[5]Из видеоинтервью В. Брусницына представителям «Центра гражданского Расследования трагедии дятловцев» (при участии президента Фонда «Памяти группы Дятлова» Ю.К. Кунцевича). Екатеринбург, май 2007 г.

^[6]Из видеоинтервью Ю.Е. Юдина автору книги. Екатеринбург. Штаб-квартира Фонда «Памяти группы Дятлова», 3 февраля 2012 г.

^[7]М. Пискарёва. Беседа с Владимиром Андросовым. Ноябрь 2011 г. — май 2012 г.

^[8]Все данные о З.Ф. Хакимове взяты из Архива ЦИТО ГУФСИН по Свердловской области (дислокация: г. Ивдель).

^[9]А Вохмин. Свидание с горой Мертвецов. — Газета «На смену!». Свердловск. 14, П, 18 июля 1990 г.

^[10]Протокол допроса В.А. Краснобаева от 7 марта 1959 г., л. д. 54, 55.

^[11]Материалы наблюдательного производства по уголовному делу о гибели туристов-студентов УПИ. «Задания в ГОМ», л. 12.

^[12]Из интервью С.К. Коноваловой (Бизяевой) автору книги. Ивдель, 23 октября 2013 г.

^[13]Данные из архива ОВД г. Ивделя.