Теперь обратимся к воспоминаниям прокурора-криминалиста Льва Никитича Иванова, который вел официальное расследование:

«В мае осматривали с Е.П. Масленниковым (руководитель поисков) окрестности места происшествия, обнаружили, что некоторые молодые елки на границе леса имеют обожженный след, но эти следы не носили концентрической формы ши иной системы, не было и эпицентра. Это подтверждало направленность как бы теплового луча или сильной, но совершенно неизвестной, во всяком случае нам, энергии, действующей избирательно, снег не оплавлен, деревья не были повреждены. Создавалось впечатление, что когда туристы на своих ногах прошли более пятисот метров вниз с горы, то с некоторыми из них кто-то направленным образом расправился...»

Довольно смелые по тем временам и интересные по всем параметрам слова. Очень жаль, что Иванов закрыл это дело. Многие даже не задумываются, когда пробегают по этим строкам глазами, насколько они могут оказаться правдивыми и как точно отображать февральский ужас трагедии Дятлова. Люди просто боятся признаться, что все это может оказаться правдой, потому и пытаются вытащить на свет божий различные версии: про месть арийских карликов, страшных и жутко консервативных духов манси, про зачистку с всесильными, жестокими спецназами и зарубежными разведчиками, вынырнувшими невесть откуда в глубоких снегах Северного Урала и убившими советских туристов. Но ведь не должен быть исключен и иной взгляд на трагедию.

Мне рассказывали, что полковник Ортюков делился впечатлениями о своих личных наблюдениях, когда он замечал на елках рыжие веточки, как будто подпаленные чем-то.

Да и по факту оставленных следов, ведущих от палатки к лесу, тоже могут возникнуть некоторые любопытные вопросы. При тех температурных показателях и при таком снежном покрове, который был замечен на перевале, вряд ли есть возможность оставлять такие четкие следы. Снег был перемолот, не слипался и мог быть размягчен и разогрет каким-либо явлением.

Сейчас бы мне хотелось акцентировать внимание читателя на радиологическом заражении. Одним из странных моментов в дятловском деле было обнаружение радиоактивных пятен на одежде четверых туристов, найденных в овраге. В деле есть заключение, сделанное на основе дозиметрических замеров одежды. А именно: свитера коричневого от № 4, нижней части шаровар от № 1 и пояса свитера от № 1. На фрагментах этой одежды выявлено превышение естественного фона на 200-300 кмк/мин.

Обратимся к материалам дела:

«При определении вида излучения установлено, что активность имеет место за счет бета-частиц. Альфа-частицы и гамма-кванты не обнаружены...»

И вот выводы, которые сделал главный радиолог города Левашов:

«1) Исследованные твердые биосубстраты содержат радиоактивные вещества в пределах естественного содержания, обусловленного Калием-40.

2) Исследованные отдельные образцы одежды содержат несколько завышенные количества радиоактивных веществ ши радиоактивного вещества, являющегося бета-излучателем.

3) Обнаруженные радиоактивные вещества или радиоактивные вещества при промывке образцов одежды проявляют тенденцию к смыванию, т.е. вызваны не нейтронным потоком и наведенной радиоактивностью, а радиоактивным загрязнением бета-частицами».

Следует добавить, что исследования проводились в радиологической лаборатории с 18 по 25 мая 1959 года. Очень любопытными в разрезе настоящего повествования являются дополнительные вопросы к эксперту, также приобщенные к делу о гибели туристов из Свердловска:

«1. Должна ли быть (может ли быть) повышенная загрязненность одежды радиоактивными веществами в обычных условиях, т.е. без нахождения в радиоактивно-загрязненной среде или месте?

Ответ: не должна быть совершенно.

Ответ: можно полагать, что загрязненность отдельных участков одежды была во много раз большей, но здесь надо учитывать, что одежда могла промываться неравномерно, то есть с разной степенью интенсивности».

Вот так вот. Не больше и не меньше. Иванов говорит о целенаправленном ударе по троим туристам, найденным в овраге. И именно на одежде этих дятловцев, обнаруженных с чудовищными травмами, найдены участки радиоактивной загрязненности. Это не совпадение или подгонка под версию. Это упрямый факт, дорогой читатель. Говорящий, или вернее, кричащий об очень многом.

Генриетта Елисеевна Чуркина (Макушкина), которая производила экспертизу палатки свердловских туристов, позже вспоминала:

«Присутствовала я и при экспертизе трупов, которую проводил Борис Возрожденный. Хорошо помню, когда сняли с них одежду и развести на веревках, мы сразу обратили внимание, что она имеет какой-то странный светло-фиолетовый оттенок, хотя и была самых разных цветов. Я спроста Бориса: «Тебе не кажется, что одежда чем-то обработана?» Он согласился.

Когда обнаружилось, что у Дубининой нет языка, мы удивились еще больше. «Куда он мог деться?» — спросила я снова. Но Борис лишь пожал течами. Мне казалось, он был подавлен и напуган...»

И сколько бы ни старались ломать головы в поисках всевозможных объяснений различные интеллектуалы, увлеченные расследованием уральского ужаса, но уровень столь высокой радиации в дикой и безлюдной местности — один из основных факторов случившейся трагедии.

Является малоизвестным факт, что поисковик Б. Суворов (он есть на одной из фотографий обнаруженного настила дятловцев в овраге) после поисковых работ очень сильно заболел. Врачи обнаружили у него своеобразное отравление и напрямую связали это с участием в поисковой операции, заявив, что молодому человеку еще повезло, что он вовремя попал к специалистам для лечения. К счастью, ему удалось выздороветь. Тогда вновь заговорили об отравлении группы туристов ядовитым жидким топливом, что косвенно подтверждало версию техногенной аварии. Но и нельзя забывать, что поисковики могли умываться и пить воду из ручья, где нашли трупы туристов.

Даже полковник Ортюков впоследствии говорил, что причины его личных недомоганий и болезней таятся в его участии в поисках на трагическом перевале. И есть свидетельства, в том числе и эксперта Генриетты Чуркиной, что палатка имела синеватый оттенок, что могло быть вызвано своеобразным следом от отходов жидкого топлива.

Я сразу вспоминаю слова Михаила Петровича Шаравина, когда он рассуждал о том, что обломанные ветки на кедре имели вид смотрового окна:

«И «окно» это выходило прямо на палатку, и ребята использовали его для наблюдения. Но что-то их не пускало обратно к палатке, не могли они туда пойти. Возможно, что химическая обстановка в результате техногенной аварии была такой, что дышать им было нечем. И они ушли, потому что задыхались...»

И, возможно, еще что-то или кто-то не давал им вернуться. Ведь они осторожно наблюдали за местностью.

Кстати, прелюбопытный факт: обнаруживший палатку и первые трупы поисковик Михаил Шаравин не был допрошен следствием, что наводит на некоторые размышления...