“Немного о себе. ”
Александр Калинин
Меня зовут Александр Калинин. Я родился 23 ноября 1971 года в Петропавловске, в Северо-Казахстанской области — тогда ещё части огромной страны, которая называлась Советский Союз. Это был мир, где время текло иначе: спокойнее, добрее, мудрее.
Детство под горой
Моим миром с первых шагов стала Подгора — тихий район Петропавловска, стоящий в пойме реки Ишим, отгороженный от нее дамбой, где мы так любили гулять. Здесь многое было простым, но ничто не было обычным. Дом, огород, баня, узкая зимняя тропка, которую дед очищал от снега, — всё это для меня было целой вселенной. Иногда для счастья достаточно пятидесяти метров, если идёшь по ним рядом с теми, кто любит тебя безусловно.
Меня растили бабушка и дедушка — Баба Шура и Деда Митя.
Они отдали мне всю свою жизнь, будто знали, что это их самое верное предназначение. В их маленьком доме всегда было тепло, пахло свежим хлебом, бельём, высохшим на печке, и книгами, которые бабушка приносила, чтобы учить меня читать. Она была учительницей, потом воспитателем, человеком с сердцем, полным светлых правил. Дедушка — человек трудовой судьбы: воспитатель в детдоме, десятник на стройках Подмосковья, солдат на Дальнем Востоке. Он видел мир, о котором сегодня можно прочитать только в книгах.
В их молодости — война, потом танцы в городском саду, где они впервые увидели друг друга. У них был сын Володя, который прожил совсем недолго — послевоенная судьба не щадила слабых. Потом родилась моя мама Люда, а позднее — уже у неё — я.
Дом на улице Крупской (сегодня — Г. Потанина) жил вместе с нами, скрипел половицами, менял своё имя, но оставался крепостью моего детства.
Первые дороги
В 1979 году я пошёл в первый класс школы №14 имени Гагарина — в лучший, как я считаю до сих пор, класс «А». Моей первой учительницей была Анастасия Ивановна Куликова.
Она нашла меня среди параллелей, забрала из другого класса, будто знала наперёд: мой путь начинается у неё.
Школьные годы были наполнены всем, что делает детство настоящим: первой любовью, грамотой за отличную учёбу, первой дракой «до крови», дружбой, которая казалась вечной. Мы вступали в октябрята, потом в пионеры, и всё это казалось чем-то важным — не формальностью, а настоящей частью жизни страны, частью нас.
Поезда, города и новые миры
Моё детство было удивительно путешествующим. В четыре с половиной года мы ездили в Тбилиси — забирать маму.
Я помню солнце, которое падало прямо в глаза, помню канатную дорогу, грузинские свадьбы, тяжёлые кувшины с вином в земле и ночные цикады, которые не давали уснуть. Помню железный рельс, в который я врезался, бегая по склону, — шрам со мной и сейчас, как память о той уже сказочной Грузии 70-х годов.
Позже были Москва и ежегодные поездки за апельсинами, которые тогда были настоящим праздником. И была поездка в Ленинград, где я увидел то, что кажется бесконечным даже взрослому человеку:
Петергоф, музеи, Кунсткамеру, Аврору, Петропавловскую крепость. Мы даже жили в гостинице «Астория», пока нас оттуда не попросили из-за приезда делегации. Так я впервые понял, что мир действительно большой, а люди — очень разные.
Юность, армия и взрослая жизнь
В 1987 году меня приняли в комсомол. После восьмого класса я поступил в железнодорожный техникум, но через два года ушёл в армию. Служил в военно-строительных частях —
сначала под Степногорском, затем в Свердловске-44. Работал столяром-станочником, и время там было одновременно тяжёлым и важным.
Когда я вернулся домой в 1991 году, Советский Союз уже растворился в новой реальности.
90-е были нелёгкими: работа на сувенирной фабрике, зарплата деревянными ложками и мисками, первая любовь, которая не стала судьбой. Но, наверное, так и должно было быть: каждая трещина в жизни потом складывается в правильный узор.
С 2000 года моя жизнь стала устойчивее. Я стал работать программистом в школе и дежурным электриком на заводе МЛД — два пути, две профессии, два ритма. Так живу и сегодня.
В 2013 году был Алматы: горы, трамвай, ноябрьское тепло и новые знания по E-learning. Ещё один город, оставивший след.
История, которую пишет судьба
И всё же главная история моей жизни началась гораздо раньше — в те далекие 90-е.
У меня было двое лучших друзей — братья Сергей и Василий Михайловы. Мы дружили с пятого класса, учились вместе в техникуме, служили в одной части. На их улице жили две девчонки — подружки, младше нас на несколько лет. Мы знали их, они знали нас — и, казалось, не более того. Нам было по шестнадцать, им по десять — возраст, в котором вселенная ещё кажется по-детски огромной.
Но судьба — удивительный художник. Когда я ушёл в армию, мы с одной из этих девочек, моей будущей женой, неожиданно начали переписываться. Никто из нас теперь не помнит, кто написал первым — будто это сделал кто-то третий, невидимый, ведущий нас навстречу.
После демобилизации я пригласил её в кино. Купил билеты, цветы… но она не смогла прийти — мама не отпустила. Я прождал, потом поехал к ним, поднялся на седьмой этаж новой десятиэтажки и оставил букет в ручке двери. Так наше первое свидание и не состоялось.
И всё же судьба не оставила эту историю. Она просто подождала.
В 2014 году мы встретились снова — взрослыми, зрелыми, готовыми. Тогда мы уже не расстались. А в 2016 году у нас родился сын — Сашенька, наш Сан Саныч. Самое большое чудо нашей жизни.
И когда я смотрю в его глаза, я часто вспоминаю себя маленького — и тот короткий путь от дома до бани, который когда-то был моим первым и самым счастливым миром.
